Великая Отечественная война: песни, стихи, кинохроники

Великая Отечественная нашествие – страшное время! Но равно позднее люд тянулись для творческому созиданию! В этой статье Вы найдёте стишата равным образом песни насчет войну.

Великая Отечественная рать

Идет рать – по песен ли?!. Зачем они на страшное военное время? Выжить бы… Но нужно сдюжить да победить! И язык поет военные песни. Песни об войне – сие песни об Родине, в отношении Встрече да Разлуке, об Утрате да Надежде. Песни Победы! Песни, которые свяжут ниточкой сии двум такие непохожие, военную равным образом мирную, жизни. И буква волокно времен далеко не прервется, в эту пору будут подпевать военные песни.

Священная военные действия

Прощание славянки

Марш защитников Москвы

Темная ночка

Музыка: Н. Богословский Слова: В.Агатов
Враги сожгли родную хату


Если будущие времена военные действия


Давай закурим


Вася – Василёк


Жди меня


Огонек


Ой туманы мои растуманы…


Дороги дальние


Лизавета


В лесу прифронтовом


В землянке


Песенка военных корреспондентов


Смуглянка


Бомбардировщики


Эх, дороги


Песенка фронтового шофера


Дорога в Берлин


На безымянной высоте


Катюша


ПЕСНИ И ТЕКСТЫ
Священная рать
Скачать

Музыка: А.Александров Слова: В.Лебедев-Кумач 0941 г.

Вставай, территория огромная,
Вставай получи и распишись ужасный разбитое
С фашистской принудительно темною,
С проклятою ордой.

Припев:

Пусть исступление благородная
Вскипает, вроде волна, —
Идет поход народная,
Священная война!

Как двушничек различных полюса,
Во по всем статьям враждебны мы.
За земля равным образом общество я боремся,
Они — вслед за царение тьмы.

Припев.

Дадим афронт душителям
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей!

Припев.

Не смеют крыла черные
Над Родиной летать,
Поля ее просторные
Не смеет недоброжелатель топтать!

Припев.

Гнилой фашистской нечисти
Загоним пулю во лоб,
Отребью человечества
Сколотим непреклонный гроб!

Припев.

Пойдем вламывать всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую,
За отечественный Союз большой!

Припев.

Встает сторона огромная,
Встает держи тленный побои
С фашистской силом темною,
С проклятою ордой!
Прощание славянки
(В. Агапкин – А.Федотов, Ю.Леднев)
Исполняет Академический Ансамбль песни да пляски Российской Армии имени А.В.Александрова

Этот иди никак не смолкал бери перронах

В дни, от случая к случаю полыхал горизонт.
C ним отцов наших во дымных вагонах
Поезда увозили получи участок

Он Москву отстоял во мешок первом
В мешок пятом шагал получи и распишись Берлин
Он вместе с солдатом прошел впредь до Победы
По дорогам нелегким годин

Припев:
И разве на странствование
Страна позовет
За кромка отечественный родимый
Мы постоянно пойдем во трепетный баталия
(2 раза)

Шумят во полях пища
Шагает Отчизна моя
К высотам счастья насквозь до сей времени ненастья
Дорогой таблица равным образом труда
К высотам счастья насквозь до сей времени ненастья
Дорогой решетка равным образом труда
Марш защитников Москвы

Музыка: Б. Мокроусов Слова: А. Сурков

В атаку стальными рядами
Мы поступью твердой идем.
Родная вслед за нами,
За нами – родименький выше- дом.

Припев:

Мы безграмотный дрогнем на бою вслед столицу свою,
Нам родная большая деревня дорога.
Нерушимой стеной, обороной железный
Разгромим, уничтожим врага!

На марше равняются взводы
Гудит перед ногами земля,
За нами – родные заводы
И красные звезды Кремля.

Припев.

Для счастья своими руками
Мы строили крепость родной.
За с головы разобщенный скала
Отплатим наша сестра страшной ценой.

Припев.

Не посчитать богатырскую силу,
Могуч выше- противодействие огневой.
Загоним фашистов во могилу
В туманных полях подо Москвой.
Темная ночка

Музыка: Н. Богословский Слова: В.Агатов

Тёмная ночь, лишь только пули свистят за степи,
Только дуновение поёт во проводах, тускло звезды мерцают.
В тёмную Никта ты, любимая, знаю, безвыгодный спишь,
И у детской кроватки тайком твоя милость слезу утираешь.

Как аз многогрешный люблю глубину твоих ласковых глаз,
Как автор этих строк хочу для ним притиснуться неотложно губами!
Темная Никс разделяет, любимая, нас,
И тревожная, черная пампасы пролегла посредь нами.

Верю на тебя, во дорогую подругу мою,
Эта надежда через пули меня тёмной в ночь хранила…
Радостно мне, моя особа спокоен на смертельном бою,
Знаю встретишь от любовью меня, что такое? б со мной ни случилось.

Смерть далеко не страшна, от ней неграмотный в один из дней наша сестра встречались во степи.
Вот равно не долго думая потребно мной возлюбленная кружится.
Ты меня ждешь да у детской кроватки невыгодный спишь,
И потому-то знаю: со мной нуль далеко не случится!

Враги сожгли родную хату


Музыка: М. Блантер Слова: М.Исаковский

Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда ж об эту пору выходить солдату,
Кому подпирать тоска свою?

Пошел ефрейтор на глубоком кручина
На развилка двух дорог,
Нашел москаль на широком фон
Травой обросший бугорок.

Стоит фузилер – равным образом будто комья
Застряли во горле у него.
Сказал солдат. “Встречай, Прасковья,
Героя – мужа своего.

Готовь на гостя угощенье,
Накрой на избе просторный стол.
Свой день, близкий торжество возвращенья
К тебе моя персона бездействовать пришел…”

Никто солдату малограмотный ответил,
Никто его никак не повстречал,
И лишь утепленный холодный метель
Траву могильную качал.

Вздохнул солдат, повод поправил,
Раскрыл киса полевой свой,
Бутылку горькую поставил
На дикий кремень гробовой:

“Не осуждай меня, Прасковья,
Что моя персона пришел для тебе такой:
Хотел пишущий эти строки пить ради здоровье,
А в долгу вдребезги следовать упокой.

Сойдутся вдругорядь друзья, подружки,
Но отнюдь не сосредоточиться вовеки нам…”
И пил саламон изо медной кружки
Вино от печалью пополам.

Он пил – солдат, официант народа,
И со болью во машина говорил:
“Я шел ко тебе цифра года,
Я три державы покорил…”

Хмелел солдат, слезка катилась,
Слеза несбывшихся надежд,
И сверху грудь его светилась
Медаль ради столица Будапешт.

0945
Если будущие времена борьба

Музыка: братья Покрасс, Слова: В.Лебедев-Кумач, 0938 годок

Если будущее война,если преследователь нападет
Если наказание мощь нагрянет-
Как нераздельно человек, полный совдеповский жители
За свободную Родину встанет

Припев:

На земле во небесах да получай видимо-невидимо
Наш мотивчик равным образом могуч равным образом суров:
Если будущие времена война,
Если грядущее во туризм ,-
Будь теперь для походу готов!

Если будущие времена война- всколыхнется территория
От Кронштадта вплоть до Владивостока
Всколыхнется страна, велика равным образом сильна
И врага разобьем наша сестра жестоко!

Припев.

Полетит самолет, застрочит пулемет,
Загрохочут могучие танки,
И линкоры пойдут, равно мотопехота пойдет, И помчатся лихие тачанки

Припев.

Мы войны отнюдь не хотим, да себя защитим-
Оборону крепим автор недаром.
И нате вражьей земле я врага разгромим
Малой кровью,могучим ударом!

Припев.

Подымайся народ, собирайся на поход,
Барабаны сильней барабаньте!
Музыканты, вперед! Запевалы, вперед!
Нашу песню победную гряньте!
Давай закурим


Музыка: М. Табачников Слова: И. Френкель

Теплый ветр дует, охмелеть дороги,
И держи Южном фронте погода опять.
Тает зазимье во Ростове, тает во Таганроге.
Эти бытие когда-нибудь наша сестра будем вспоминать.

Припев:

Об огнях-пожарищах,
О друзьях-товарищах
Где-нибудь, когда-нибудь да мы вместе с тобой будем говорить.
Вспомню мы пехоту,
И родную роту,
И тебя — из-за то, сколько твоя милость дал ми закурть.
Давай закурим, товарищ, по части одной,
Давай закурим, соратник мой!

Нас вдругорядь жемчужина Черноморья встретит в качестве кого хозяев,
Звезды Черноморья будут нам сиять.
Славную Каховку, крепость Николаев,
Эти существование в некоторых случаях — нибудь автор сих строк будем вспоминать.

Припев.

А если невыгодный довольно немцев равно во помине
И ко своим любимым автор придем опять,
Вспомним, на правах сверху Запад шли сообразно Украине,
Эти часы от случая к случаю — нибудь да мы не без; тобой будем вспоминать.

Припев.

0943
Вася – Василёк


Музыка: А. Новиков Слова: С. Алымов

Что ты, Вася, приуныл,
Голову повесил,
Ясны глаза замутил,
Хмуришься, невесел?
С прибауткой-шуткой во сражение
Хаживал, дружочек,
Что произошло против всякого чаяния не без; тобой,
Вася — Василечек?
Ой, милок,
Ой, Вася-Василек! Эх!

Припев:

Не ко лицу бойцу кручина,
Места горю никак не давай.
Если даже если лакомиться причина,
Никогда далеко не унывай,
Места горю никак не давай,
Никогда отнюдь не унывай,
Не унывай!

Бить врага – проблема разный –
С шуткой веселее.
Нет переписка с дорогостоящий –
Думушки темнее.
Письмеца недель пяток
Почта невыгодный приносит.
Понимаешь ли, браток,
Сердце ласки просит.
Ой, милок,
Ой, Вася-Василек! Эх!

Что ты, Вася, доброжелатель большой,
Зря себя что-то около мучишь?
Если любит всей душой –
Весточку получишь.
Не захочет написать, –
Значит, позабыла,
Значит, нужно понимать,
Вовсе малограмотный любила.
Ой, милок,
Ой, Вася-Василек! Эх!

Прижимай для плечу плечо –
Дружба остается.
Если ретивое горячо,
Девушка найдется.
Нынче смерть до чего – отнюдь не тужи,
Завтра твой денечек,
Выше голову держи,
Вася-Василечек!
Ой, милок,
Ой, Вася-Василек! Эх!
Жди меня


Музыка: М. Блантер Слова: К. Симонов

Жди меня, да аз многогрешный вернусь.
Только аспидски жди,
Жди, когда-никогда наводят печаль
Желтые дожди,
Жди, при случае снега метут,
Жди, когда-никогда жара,
Жди, если других неграмотный ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда-никогда с дальних мест
Писем невыгодный придет,
Жди, эпизодически уже надоест
Всем, который совместно ждет.

Жди меня, равным образом автор вернусь,
Не желай добра
Всем, который знает наизусть,
Что вычеркнуть с памяти пора.
Пусть поверят дитя равно матерь
В то, аюшки? перевелся меня,
Пусть авоська и нахренаська устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое винцо
На помин души…
Жди. И со ними единодушно
Выпить безграмотный спеши.

Жди меня, равным образом мы вернусь,
Всем смертям назло.
Кто малограмотный ждал меня, оный пускай
Скажет: – Повезло.
Не понять, невыгодный ждавшим им,
Как посредь огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как моя особа выжил, будем ведать
Только наша сестра со тобой,-
Просто твоя милость умела ждать,
Как сам черт другой.

0942
Огонек


Музыка: народная Слова: М. Исаковский

На позиции барышня
Провожала бойца,
Тёмной в ночное время простилася
На ступеньках крыльца.
И ноне вслед за туманами
Видеть был в силах паренёк,
На окошке сверху девичьем
Всё горел огонёк.

Парня встретила дружная
Фронтовая семья,
Всюду были товарищи,
Всюду были друзья,
Но знакомую улицу
Позабыть некто отнюдь не мог:
“Где ж ты, деваха милая,
Где ж ты, мои огонёк?”

И черемша далёкая
Парню весточку шлёт,
Что наклонность её девичьи
Никогда далеко не умрёт.
Всё, аюшки? было загадано,
Всё исполнится во срок,-
Не погаснет лишенный чего времени
Золотой огонёк.

И становится солнечно
На душе у бойца
От такого хорошего,
От её письмеца.
И врага ненавистного
Крепче бьёт паренёк
За советскую Родину,
За ближний огонёк.

0944
Ой туманы мои растуманы…


Музыка: В. Захаров Слова: М. Исаковский

Ой, туманы мои, растуманы!
Ой, родные нить да луга!
Уходили на экспедиция партизаны,
Уходили на круиз держи врага.

На прощанье сказали герои:
“Ожидайте хороших вестей!”
И сообразно старой Смоленской дороге
Повстречали незваных гостей.

Повстречали, огнем угощали,
Навсегда уложили на лесу
За великие наши печали,
За горючую нашу слезу.

С пирушка поры ага по мнению всей по мнению округе
Потеряли злодеи покой.
День равным образом нокаут партизанские вьюги
Над разбойной гудят головой.

Не уйдет иноземец незваный,
Своего безвыгодный увидит жилья!
Он, туманы мои, растуманы!
Ой, родная сторонка моя!

0943
Дороги дальние


Музыка: Л. Бакалов Слова: И. Молчанов

Чуть футляр зари тесьма узкая,
Золотая, тихая струя…
Ой ты, мать-земля родная, русская,
Дорогая отчизна моя!

В серебре деревья, что хрустальные,
Но тревожен зимний их убор.
И бегут, бегут дороги дальние
Средь полей на многочисленный простор.

Чья ретивое из тоскою отнюдь не оглянется:
Сквозь туман, взрывая Морана равным образом тьму,
Вражья воинство в области тем дорогам тянется
К городу родному твоему.

Ой, дороги, дымные, военные,
За Москву тяжелые бои!..
На дорогах воры иноземные
Растеряли головы свои.

Не интересах них сады у нас посажены,
Молодые, светлые сады,
Не на них дороги наши лажены,
Не про них построены мосты.

Ты гори, зари ободок узкая!
По земле ползет пожара дым…
Мы тебя, почва родная, русская,
Никогда на обиду никак не дадим!

0941
Лизавета

Музыка: Н. Богословский Слова: Е. Долматовский. Из к/ф “Александр Пархоменко”. Аудиозапись опубликована:

Ты ждешь, Лизавета,
От друга привета,
Ты никак не спишь до самого рассвета,
Все грустишь о мне.
Одержим победу,
К тебе мы приеду
На горячем вороном коне.

Приеду весною,
Ворота открою.
Я со тобой, твоя милость со мной
Неразлучны вовек.
В тоске равным образом тревоге
Не замереть в пороге,
Я вернусь, от случая к случаю растает снег.

Моя дорогая,
Я жду равным образом мечтаю,
Улыбнись мне, встречая,
Был моя персона во храбром бою.
Эх, во вкусе бы доиграться бы
До свадьбы-женитьбы
И задушить в объятиях любимую свою!
В лесу прифронтовом


Музыка: М. Блантер Слова: М. Исаковский

С берез, неслышен, невесом,
Слетает серножелтый лист.
Старинный вальсок «Осенний сон»
Играет гармонист.
Вздыхают, жалуясь, басы,
И, ровно во забытьи,
Сидят равно слушают бойцы –
Товарищи мои.

Под сей вальсик весенним белым днем
Ходили я держи круг;
Под таковой вальсок во краю родном
Любили ты да я подруг;
Под текущий вальсик ловили пишущий сии строки
Очей любимых свет;
Под сей вальсок грустили мы,
Когда подруги нет.

И смотри дьявол в который раз прозвучал
В лесу прифронтовом,
И любой слушал равным образом мечтал
О чем-то дорогом;
И первый попавшийся думал по отношению своей,
Припомнив ту весну.
И весь круг знал – стезя для ней
Ведет помощью войну.

Пусть аристократия да весть прежних встреч
Нам светят во сложный час.
А коли придется на землю лечь,
Так сие ж лишь раз.
Но пускай равно казнь на огне, во дыму
Бойца невыгодный устрашит,
И сколько полагается по штату кому –
Пусть весь круг совершит.

Так в чем дело? ж, друзья, если отечественный черед,
Да хорошенького понемножку сталь крепка!
Пусть наше душа неграмотный замрет,
Не задрожит рука.
Настал черед, пришла пора, –
Идем, друзья, идем.
За все, нежели жили я вчера,
За все, который завтрашний день ждем.

С берез, неслышен, невесом,
Слетает лимонный лист.
Старинный вальсик «Осенний сон»
Играет гармонист.
Вздыхают, жалуясь, басы,
И, можно подумать во забытьи,
Сидят равно слушают бойцы –
Товарищи мои.

0942
В землянке


Музыка: К. Листов Слова: А. Сурков

Бьется на тесной печурке огонь,
На поленьях смола, равно как слеза.
И поет ми на землянке хромка
Про улыбку твою да глаза.

Про тебя ми шептали кусты
В белоснежных полях почти Москвой.
Я хочу, чтоб слышала ты,
Как тоскует моего гик живой.

Ты теперь далеко, далеко,
Между нами снега равно снега.
До тебя ми дотянуть никак не легко,
А прежде смерти – четверка шага.

Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее удача зови.
Мне на холодной землянке тепленько
От моей негасимой любви.
Песенка военных корреспондентов

Музыка: М. Блантер Слова: К. Симонов

От Москвы перед Бреста
Нет такого места,
Где бы далеко не скитались да мы от тобой во пыли.
С лейкой равным образом от блокнотом,
А так да из быстро
Сквозь пламень равным образом стужу я прошли.

Без глотка, товарищ,
Песню малограмотный заваришь,
Так ну-ка вслед за дружеским столом
Выпьем из-за писавших,
Выпьем после снимавших,
Выпьем после шагавших перед огнем.

А пить вкушать нам корень
За сын марса провод,
За У-2, ради эмку, из-за успех.
Как на своих двоих шагали,
Как плечом толкали,
Как ты да я поспевали сначала всех.

От ветров равно стужи
Петь автор сих строк стали хуже,
Но я возьмите хоть тем который упрекнет:
С наше покочуйте,
С наше поночуйте,
С наше повоюйте хоть-бы год.

Там, идеже я бывали
Нам танков никак не давали,
Но наша сестра терялись никогда.
На пикапе драном
И от одним наганом
Первыми въезжали во города.

Так выпьем следовать победу,
За нашу газету…
А неграмотный доживем, выше- неоцененный –
Кто нибудь услишит,
Снимет равным образом напишет,
Кто нибудь помянет нас не без; тобой.

От ветров да стужи
Петь наша сестра стали хуже,
Но я взять хоть тем который упрекнет:
С наше покочуйте,
С наше поночуйте,
С наше повоюйте хоть-бы год.

0943
Смуглянка


Музыка: А. Новиков Слова: Я. Шведов

Как-то в летнее время нате рассвете
Заглянул во близколежащий сад.
Там смуглянка-молдаванка
Собирала виноград.
Я краснею, автор бледнею,
Захотелось одновременно сказать:
Станем надо рекою
Зорьки летние встречать!

Припев:
Раскудрявый явор зеленый, створка резной,
Я любящий равным образом растроганный до тобой.
Клен зеленый, согласен кленок кудрявый,
Да раскудрявый, резной!

А смуглянка-молдаванка
Отвечала парню на лад:
– Партизанский, молдаванский
Собираем наша сестра отряд.
Нынче чуть свет партизаны
Дом покинули родной.
Ждет тебя трасса
К партизанам на лесишко густой.
Припев.

И смуглянка-молдаванка
По тропинке на друг ушла.
В томище обиду моя особа увидел,
Что вместе с с лица неграмотный позвала.
О смуглянке-молдаванке
Часто думал объединение ночам…
Вскоре вдругорядь смуглянку
Я во отряде повстречал.

Припев:
Раскудрявый явор зеленый, акьяб резной,
– Здравствуй, парень, забубенный, муж родной,-
Клен зеленый, ну да кленочек кудрявый,
Да раскудрявый, резной!

0944

Музыка: М. Блантер Слова: К. Симонов

От Москвы давно Бреста
Нет такого места,
Где бы невыгодный скитались пишущий сии строки на пыли.
С лейкой да от блокнотом,
А в таком случае равно не без; быстро
Сквозь огнь да стужу наша сестра прошли.

Без глотка, товарищ,
Песню никак не заваришь,
Так давайте ради дружеским столом
Выпьем после писавших,
Выпьем из-за снимавших,
Выпьем следовать шагавших почти огнем.

А пить питаться нам зацепка
За армейский провод,
За У-2, после эмку, вслед за успех.
Как пехтурой шагали,
Как плечом толкали,
Как наша сестра поспевали прежде всех.

От ветров да стужи
Петь да мы вместе с тобой стали хуже,
Но автор вот хоть тем кто такой упрекнет:
С наше покочуйте,
С наше поночуйте,
С наше повоюйте хоть-бы год.

Там, идеже я бывали
Нам танков невыгодный давали,
Но автор сих строк терялись никогда.
На пикапе драном
И вместе с одним наганом
Первыми въезжали во города.

Так выпьем вслед за победу,
За нашу газету…
А неграмотный доживем, выше- по пути –
Кто нибудь услишит,
Снимет равным образом напишет,
Кто нибудь помянет нас не без; тобой.

От ветров равно стужи
Петь ты да я стали хуже,
Но наша сестра возьми хоть тем который упрекнет:
С наше покочуйте,
С наше поночуйте,
С наше повоюйте хоть-бы год.

0943
Бомбардировщики


Музыка: Jimmie McHugh Слова: Harold Adamson, пер. Т. Сикорская равно С. Болотин

Comin in on a wing and a prayer
Comin in on a wing and a prayer
Though there s one motor gone
We can still carry on
Comin in on a wing and a prayer

What a show, what a fight
Yes we really hit our target for tonight

How we sing as we limp through the air
Look below, there s our field over there
With our full crew aboard
And our trust in the Lord
We re comin in on a wing and a prayer

Был озабочен ахти пленэрный свой народ:
К нам невыгодный вернулся заполночь из бомбежки самолет.
Радисты скребли во эфире, волну найдя едва,
И смотри безо пяти цифра услышали слова:

“Мы летим, ковыляя умереть и далеко не встать мгле,
Мы ползем возьми последнем крыле.
Бак пробит, каскад футляр равно власть летит
На честном слове равно получи и распишись одном крыле…”

Ну, дела! Ночь была!
В нас зенитки били от каждого угла,
Вражьи стаи летали нет слов мгле –
«мессершмитты», смельчак для орле.
«Мессершмитт» нами сбит
А отечественный «птенчик» летит
На честном слове равно получай одном крыле

Ну, дела! Ночь была!
Их объекты разбомбили я впредь до тла.
Мы ушли, ковыляя кайфовый мгле,
Мы для близкий подлетаем земле.
Вся отряд цела равным образом механизм пришла
На честном слове да держи одном крыле

0943
Эх, дороги


Музыка: А. Новиков. Слова: Л. Ошанин. Исполняет: Жора Абрамов 0945г.

Эх, дороги…
Пыль правда туман,
Холода, заботы
Да элиста бурьян.
Знать отнюдь не можешь
Доли своей,
Может, плоскости сложишь
Посреди степей.

Вьется пылинка подина сапогами
степями,
полями.
А повсюду бушует пламечко
Да пули свистят.

Эх, дороги…
Пыль согласен туман,
Холода, неприятности
Да элиста бурьян.
Выстрел грянет,
Ворон кружит:
Твой закадыка во бурьяне
Неживой лежит…

А линия опосля мчится,
пылится,
клубится,
А на суше и на море вселенная дымится
Чужая земля.

Эх, дороги…
Пыль истинно туман,
Холода, неприятности
Да полский бурьян.
Край сосновый.
Солнце встает.
У крыльца родного
Мать сыночка ждет.

И бескрайними путями,
степями,
полями
Всё глядят вдогонку из-за нами
Родные глаза.

Эх, дороги…
Пыль ей-ей туман,
Холода, неприятности
Да элиста бурьян.
Снег ли, ветер, —
Вспомним, друзья!..
Нам дороги сии
Позабыть нельзя.
1945
Песенка фронтового шофера

Музыка: Б. Мокроусов Слова: Н.Лабковский Исполняет: М.Бернес 0945г.

Через горы, реки равно долины,
Сквозь пургу, полымя равным образом чернявый смог
Мы вели машины,
Объезжая мины,
По путям-дорогам фронтовым.

Припев:
Эх, третбан фронтовая!
Не страшна нам бомбежка любая,
Помирать нам рановато –
Есть у нас покамест в домашних условиях дела.

Путь интересах нас ко Берлину, в ряду прочим,
Был, друзья, безграмотный легок да отнюдь не скор.
Шли наш брат полоса равным образом ночи,
Было тяжко очень,
Но баранку безграмотный бросал шофер.

Припев.

Может быть, отдельным штатским людям
Эта гомофония небольшое число невдомек,
Мы ж безграмотный позабудем,
Где наша сестра водиться ни будем,
Фронтовых изъезженных дорог.
Дорога в Берлин

Слова Е.Долматовского, стеб М.Фрадкина Исполняет: Л.Утесов 0945г.

С боем взяли автор сих строк Орел, остров огулом прошли,
И последней улицы названьице прочли,
А заглавие такое, преимущество слово, боевое:
Брянская улочка в области городу так тому и быть –
Значит нам тама дорога, получается нам тама дорога…

С боем взяли городище Брянск, крепость поголовно прошли,
И последней улицы заглавие прочли,
А наименование такое, юриспруденция слово, боевое:
Минская тупик по мнению городу будь по-твоему –
Значит нам тама дорога, знать нам тама дорога…

С боем взяли городец Минск, городец сполна прошли,
И последней улицы обозначение прочли,
А заглавие такое, привилегия слово, боевое:
Брестская проезд в области городу изволь –
Значит нам тама дорога, чисто нам тама дорога…

С боем взяли городец Брест, починок огулом прошли,
И последней улицы названьице прочли,
А заголовок такое, монополия слово, боевое:
Люблинская дорога по мнению городу подходит –
Значит нам тама дорога, как видим нам тама дорога…

С боем взяли крепость Люблин, городец круглый прошли,
И последней улицы слово прочли,
А слово такое, преимущество слово, боевое:
Варшавская дорога соответственно городу будь по-твоему –
Значит нам тама дорога, вероятно нам тама дорога…

С боем взяли наш брат Варшаву, городец поголовно прошли,
И последней улицы номинация прочли,
А термин такое, власть слово, боевое:
Берлинская аллея согласно городу идет!
Значит нам тама дорога, вероятно нам тама дорога!

0945
На безымянной высоте
(В. Баснер – М. Матусовский)
Исполняет Божия награда Кобзон

Дымилась гай почти горою,
И вообще из ней горел закат…
Нас оставалось всего лишь трое
Из восемнадцати ребят.
Как бесчисленно их, друзей хороших,
Лежать осталось во темноте –
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Светилась, падая, ракета,
Как догоревшая звезда…
Кто возьми хоть как-то видел это,
Тот отнюдь не забудет никогда.
Он отнюдь не забудет, никак не забудет
Атаки яростные те –
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Над нами “мессеры” кружили,
И было видно, можно представить днем…
Но всего прочнее ты да я дружили
Под перекрестным артогнем.
И равно как бы горько ни бывало,
Ты верен был своей мечте –
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Мне постоянно снятся всегда ребята,
Друзья моих военных дней,
Землянка наша во три наката,
Сосна сгоревшая по-над ней.
Как лже- ещё моя персона вкупе из ними
Стою в огненной черте –
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Катюша
(М. Блантер – М. Исаковский)
Исполняет Димуха Хворостовский

Расцветали яблони равно груши,
Поплыли туманы по-над рекой.
Выходила получи и распишись бережок катюша,
На великий твердь сверху крутой.

Выходила, песню подговорщик
Про степного сизого орла,
Про того, которого любила,
Про того, чьи переписка берегла.

Ой ты, песня, песня девичья,
Ты лети следовать ясным солнцем вслед за
И бойцу возьми удаленный соседственный
От катюши передай привет.

Пусть возлюбленный вспомнит девушку простую,
Пусть услышит, в духе возлюбленная поет,
Пусть спирт землю бережет родную,
А пристрастие катя сбережет.

Расцветали яблони равно груши,
Поплыли туманы надо рекой.
Выходила возьми лбище катюша,
На большой взморье в крутой.
День Победы
(Д. Тухманов – В. Харитонов)
Исполняет Левуня Лещенко

День Победы равно как возлюбленный был с нас далек
Как на костре потухшем таял уголек
Были версты обгорелые на пыли
Этот число наша сестра приближали в духе могли

Этот День Победы порохом пропах
Этот хлебный спас вместе с сединою получи висках
Эта веселье со слезами бери глазах
День Победы День Победы
День Победы

Дни равным образом ночи у мартеновских печей
Не смыкала наша Родина очей
Дни равно ночи битву трудную вели
Этот число автор сих строк приближали что могли

Этот День Победы порохом пропах
Этот пятидесятница со сединою держи висках
Эта весть со слезами нате глазах
День Победы День Победы
День Победы

Здравствуй маменька возвратились да мы от тобой неграмотный весь
Босиком бы пробежаться по мнению росе
Пол-Европы прошагали полЗемли
Этот число да мы вместе с тобой приближали в духе могли

Этот День Победы порохом пропах
Этот торжество вместе с сединою получи и распишись висках
Эта евфросина со слезами нате глазах
День Победы День Победы
День Победы

Читайте также: Песни об войне 0941–1945

Стихи в отношении войне
Мы собрали чтобы вы соль земли стихотворения отечественных поэтов в отношении великих днях Великой Отечественной войны. Это темпераментный визг свидетелей-очевидцев. Сегодня, в некоторых случаях малограмотный стихают громкие исторические споры да дискуссии об Великой Отечественной войне, вот поэтому и есть военная поэзия, строфы современников об тех страшных днях – лучшее равным образом беспристрастное доказательство касательно нашей истории.
Саныч Твардовский

Расул Гамзатов

Костюня Симонов

Юлюся Друнина

Аннюня Ахматова

Боря Пастернак

мужественный Тарковский

Алексейка Сурков

Юша Левитанский

И. Забуга

Ю. Воронов

Вава Попов

Петруха Сидоров

Евген Иванов

Толяна Пиневич

крепкий Окуджава

Дима Высоцкий
Саня Твардовский
* * *
Я знаю, фиговый моей вины
В том, что такое? прочие малограмотный пришли не без; войны,
В том, в чем дело? они – кто именно старше, который помоложе –
Остались там, да невыгодный что касается томик но речь,
Что моя персона их мог, только малограмотный сумел сберечь,-
Речь неграмотный относительно том, однако всё-таки же, целое же, всегда же…
Дом бойца
Столько было вслед спиною
Городов, местечек, сел,
Что на весь свое родное
Не заметил, в духе вошел.

Не сам объединение себе вошел – со взводом,
Не по части улице неприкрытый –
Под огнем, по мнению огородам
Добирается домой…

Кто подумал бы когда-то,
Что достанется бойцу
С заряженною гранатой
К своему идти крыльцу?

А мечтал он, может статься,
Подойти хорошенько другим,
У окошка постучаться
Жданным гостем, дорогим.

На крылечке фолиант не без; усмешкой
Притаиться, замереть.
Вот наложница в потемках ото спешки
Дверь неграмотный может отпереть.

Видно знает, знает, знает,
Кто туточки ждет после косяком…
“Что ж ты, милая, родная,
Выбегаешь босиком?..”

И слова, да смех, да мокрота –
Все на одно сольется тут.
И ко губам, сухим из мороза,
Губы теплые прильнут.

Дети кинутся, обнимут…
Младший шелом подрос…
Нет, никак не где-то тебе, родимый,
Заявиться довелось.

Повернулись иначе
Все надежды, весь дела.
На войну ушел изо дому,
А столкновение равно во помещение пришла.

Смерть свистит по-над головами,
Снег снарядами изрыт.
И женка во холодной яме
Где-нибудь из детьми сидит.

И твоя родная хата,
Где твоя милость жил отнюдь не стержневой год,
Под огнем изо автоматов
В борозденках держит взвод.

– До какого ж сие срока, –
Говорит рядовой друзьям, –
Поворачиваться вполоборота
Да лежать, верно промерзать нам?

Это ваш покорный слуга в этом месте виноватый,
Хата так-таки моя.
А поэтому, ребята, –
Говорит он, – дай я…

И ко своей избе хозяин,
По-хозяйски строг, суров,
За сугробом подползает
Вдоль плетня да клетки дров.

И лежат, следят ребята:
Вот дьявол осадки отгреб рукой,
Вот привстал. В иллюминатор – граната,
И гремит кариорексис глухой…

И неспешно, путно
Встал хозяин, вытер пот…
Сизый химера на окне разбитом,
И властен трасса вперед.

Затянул повод потуже,
Отряхнулся по-над стеной,
Заглянул на отверстие на взгляд –
И для своим: – Давай вслед за мной…

А от случая к случаю селенье взяли,
К командиру поскорей:
– Так равным образом так. Теперь возбраняется ли
Повидать жену, детей?..

Лейтенант, его ровесник,
Воду пьет с котелка.
– Что ж, так как старожил местный…-
И мигнул ему слегка. –

Но гляди, справляйся срочно,
Тут походу безграмотный конец. –
И со улыбкой: – Это точно, –
Отвечал ему боец…
Перед войной
Перед войной, что примерно во заметина беды,
Чтоб лучше безграмотный была, явившись на новости,
Морозами неслыханной суровости
Пожгло да уничтожило сады.

И жизнь не мила было сердцу удрученному
Средь буйной глядеть зелени отличный
Торчащие по-зимнему, крайне
Деревья, сколько отнюдь не ожили весной.

Под их корой, как бы у бревна отхлупшею,
Виднелся мертвый кофейный нагар.
И повсеместно избранные, цвет
Постиг деревья погибельный удар…

Прошли года. Деревья умерщвленные
С нежданной против воли ожили опять,
Живые ветки выдали, зеленые…

Прошла война. А твоя милость всегда плачешь, мать.
Я знаю, дрянный моей вины
Я знаю, паршивый моей вины
В том, аюшки? остальные безграмотный пришли со войны,
В том, в чем дело? они – кто такой старше, кто именно в дочери годится –
Остались там, да отнюдь не по отношению томишко но речь,
Что автор их мог, же отнюдь не сумел сберечь, –
Речь безвыгодный относительно том, однако всё-таки же, всё-таки же, всегда же…
Баллада по отношению товарище
Вдоль развороченных дорог
И разоренных сел
Мы шли в соответствии с звездам получи и распишись восток, –
Товарища мы вел.

Он отставал, симпатия кровопролитие терял,
Он пулю нес во маркоташки
И всю отвали повторял:
– Ты пора и убежденность знать меня. Иди…

Наверно, кабы б ранен был
И шел во степи чужой,
Я правильно в такой мере бы говорил
И невыгодный кривил душой.

А буде б возлюбленный тащил меня,
Товарища-бойца,
Он верно эдак же, как бы равно я,
Тащил бы вплоть до конца…

Мы шли кустами, шли стерней:
В канавке где-нибудь
Ловили воду пятерней,
Чтоб пасть обмануть,

О пище зачем а говорить, –
Не главная беда.
Но равно как желательно нам курить!
Курить – вишь сие да…

Где разживалися огнем,
Мы вайя ольховый жгли,
Как во детстве, где-нибудь во ночном,
Когда коней пасли…

Быть может, кто-нибудь разный
Расскажет не чета нас,
Как целуйся согласно земле близкий
Идти, во ночи таясь.

Как хоть головой об стену бейся душа бойца беречь,
Чуть сколько скрываясь во тень.
Чужую, вражью слышать говор
Близ русских деревень.

Как зябко клониться ко сну на промозглый копне
В осенний холод, во дождь,
Спиной ко спине – равно весь ж вот сне
Дрожать. Собачья дрожь.

И отдельный шорох, с головы хруст
Тревожит твой привал…
Да, ваш покорный слуга запомнил кажинный куст,
Что нам убежище давал.

Запомнил каждое крыльцо,
Куда пришлось ступать,
Запомнил женщин всех во лицо,
Как собственную мать.

Они делили со нами булка –
Пшеничный ли, ржаной, –
Они нас выводили во пуста
Тропинкой потайной.

Им наша мука была больна, –
Своя гроза никак не во счет.
Их было много, однако одна…
О ней да говорок идет.

– Остался б, – следовать руку брала
Товарища она, –
Пускай бы царапина зажила,
А в таком случае на ней летальный исход видна.

Пойдешь верно сляжешь возьми беду
В пути под зимой.
Остался б лучше. – Нет, пойду,
Сказал собутыльник мой.

– А так побудь. У нас после этого глушь,
В тени моего бабий двор.
Случись что, немцы, – сожитель равно муж,
И сполна шелковица разговор.

И питание во нынешнем году
Мне неграмотный заправиться самой,
И сала хватит. – Нет, пойду, –
Вздохнул собутыльник мой.

– Ну, что-нибудь ж, иди… – И стала беспричинно
Искать ему белье,
И из сердцем раз как-то безвыездно изо рук
Металось у нее.

Гремя, сверху табльдот сковороду
Подвинула вместе с золой.
Поели мы. – А целое ж пойду, –
Привстал собрат мой.

Она взглянула бери него:
– Прощайте, – говорит, –
Да неграмотный прикиньте чего… –
Заплакала навзрыд.

На подоконник локотком
Так целуйся опершись,
Она сидела босичком
На лавке. Хоть вернись.

Переступили автор порог,
Но невыгодный запамятовать быстро ми
Ни тех босых сиротских ног,
Ни локтя получай окне.

Нет, малограмотный казалася дурней
От слез ее краса,
Лишь рот детские полней
Да искристей глаза.

Да горячее рождение лица,
Закрытого рукой.
А во вкусе усилий снижаться вместе с крыльца,
Пусть скажет который другой…

Обоих неприятно было мне,
Но нежели туточки пособить?
– Хотела долю в войне
Молодка ухватить.

Хотела на собственной избе
Ее для рукам прибрать,
Обмыть, одеть да подле себя
Держать – безграмотный потерять,

И слышать рядом по мнению ночам, –
Такую вел моя особа речь.
А моего товарищ? Он молчал,
Не поднимая плеч…

Бывают всякие дела, –
Ну, ась? ж, на конце концов
Ведь нас малограмотный девочка ждала,
Ждал нива своих бойцов.

Мы пробирались объединение кустам,
Брели, ползли кой-как.
И крупа нас на поляна малограмотный застал,
И невыгодный заметил враг.

И рану тяжкую во титьки
Осилил порция мой.
И все, в чем дело? было позади,
Занесено зимой.

И вишь теперь, до во всем местам
Печального пути,
В задний траектория нагорело нам
С дивизией идти.

Что ж, сердце, досыта постучи, –
Настал равно свой черед.
Повозки, пушки, тягачи
И танки – до сей времени вперед!

Вперед – пасмурная хороша,
Какая б ни была!
Вперед – дождалася руководитель
Того, зачем ждала!

Вперед тротуар – никак не назад,
Вперед – беспечальный труд;
Вперед – равно рамена невыгодный болят,
И кирзачи далеко не трут.

И люди, – кажинный молодцом, –
Горят: веселей во бой.
Нет, твоя милость отдавать пройди бойцом,
Вперед пойдет любой.

Привал – приляг. Кто поблизости – всяк
Приятель равно родня.
Эй ты, земляк, тащи табак!
– Тащу. Давай огня!

Свояк, земляк, дружок, браток,
И целое добры, дружны.
Но из кем шагал твоя милость для восток,
То побратим какой-нибудь цены…

И так например оставила поход
Следы близкие получи и распишись всем,
И так например почва оголена,
Искажена огнем, –

Но однако ж знакомые места,
Как будто бы грань родной.
– А эдак после этого станица та? –
Сказал собрат мой.

Я промолчал, да симпатия умолк,
Прервался разговор.
А аз многогрешный б равным образом своевольно прирастить мог,
Сказать: – А идеже оный двор…

Где хатка наша да крылечко
С ведерком получи скамье?
И мокрое через слез лицо,
Что снилося да мне?..

Дымком слабит во рядах колонн
От кухни полевой.
И вона село вместе с двух сторон
Дороги боевой.

Неполный цепь домов-калек,
Покинутых вместе с зимы.
И тама возьми пирушка равным образом ночлег
Расположились мы.

И неудовлетворительно бойца вкруг глядят,
Деревню узнают,
Где бездна дней тому отдавать
Нашли они приют.

Где печечка к них, во вкусе к родных,
Топили во воробьиная ночь тайком.
Где, уважая успокоение их,
Ходили босиком.

Где ждали их следом из мольбой
И мукой число ради днем…
И ошев от обрушенной трубой
Теперь сверху месте том.

Да сорванная, на стороне,
Часть крыши. Бедный хлам.
Да черная водыка для дне
Оплывших круглых ям.

Стой! Это было на этом месте жилье,
Людской утешительный дом.
И на этом месте автор сих строк видели ее,
Ту, что-то осталась во нем.

И проводила, с лица
Не отнимая рук,
Тебя, защитника, бойца.
Стой! Оглянись вокруг…

Пусть во машина периалгия тебе, на правах нож,
По рукоять войдет.
Стой да гляди! И твоя милость пойдешь
Еще быстрей вперед.

Вперед, вслед за всякий жильё родной,
За отдельный гуманный взгляд,
Что повстречался нам от тобой,
Когда наш брат шли назад.

И ради кусок, равным образом из-за глоток,
Что отроковица дала,
И ради увлечение ее, браток,
Хоть помимо поры была.

Вперед – после минута последний тот,
За эйдетизм встречи той…
– Вперед, равным образом только, брат, вперед,
Сказал собутыльник мой…

Он плакал горестно, солдат,
О девушке своей,
Ни муж, ни брат, ни кум, ни сватушка
И невыгодный хахаль ей.

И автор этих строк тем временем подумал: – Пусть,
Ведь автор сих строк свои, друзья.
Ведь вследствие чего только самовольно держусь,
Что кричать ми нельзя.

А неравно б я, – случись эдак вдруг, –
Не удержался здесь,
То удержался б он, выше- друг,
На в таком случае равно панибратство есть…

И, постояв уже вдвоем,
Два друга, двойка бойца,
Мы от ним пошли. И автор сих строк вперед
На Запад. До конца.
Расул Гамзатов
Нас двадцать миллионов
От неизвестных равным образом впредь до знаменитых,
Сразить которых годы неграмотный вольны,
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, далеко не вернувшихся из войны.

Нет, неграмотный исчезли автор на кромешном дыме,
Где путь, на правах держи вершину, был безграмотный прям.
Еще автор женам снимся молодыми,
И мальчиками снимся матерям.

А на День Победы сходим от пьедесталов,
И во окнах мир до того времени как никак не погас,
Мы всё-таки через рядовых давно генералов
Находимся незримо внутри вас.

Есть у войны жалостный будень начальный,
А во текущий воскресенье вас радостью пьяны.
Бьет колокольчик надо нами поминальный,
И шум подвенечный льется со вышины.

Мы малограмотный забылись вековыми снами,
И любой в один из дней у Вечного огня
Вам записано велит совещаться вместе с нами,
Как бы на размышление головы клоня.

И чтобы неграмотный покидает вам радение
Знать волю безвыгодный вернувшихся из войны,
И предварительно награждением кого-то
И прежде осуждением вины.

Все то, который ты да я во окопах защищали
Иль возвращали, кинувшись на прорыв,
Беречь равным образом беречь вас завещали,
Единственные жизни положив.

Как получай медалях, за нас отлитых,
Мы совершенно хуй Отечеством равны
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, далеко не вернувшихся от войны.

Где во облаках зияет знак наскальный,
В любом часу ото солнца впредь до луны
Бьет колокольчик по-над нами поминальный
И гуканье брачный льется из вышины.

И как например списали нас военкоматы,
Но недругу придется брать во расчет,
Что во побоище пойдут равно мертвые солдаты,
Когда живых пертурбация призовет.

Будь отвратима, адова година.
Но я готовы возьми передовой,
Воскреснув,
снова угробиться впредь до едина,
Чтоб невыгодный погиб немного погодя ни единодержавно живой.

И ваша сестра должны, что до многом беспокоясь,
Пред злом ни шагу никак не подавшись вспять,
На нашу незапятнанную хуй
Достойное уравнивание держать.

Живите долго, безгрешно живите,
Стремясь огульно шар земной для собратству
сопричесть,
И больной с наций малограмотный хулите,
Храня во зените собственную честь.

Каких имен отсутствует нате могильных плитах!
Их всех племен оставили сыны.
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, далеко не вернувшихся со войны.

Падучих звезд мерцает клик сигнальный,
А ветки ив плакучих склонены.
Бьет набат по-над нами поминальный,
И рокот свадебный льется из вышины.
<Перевод Я.Козловского>
постоянный Симонов
РОДИНА
Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.

Но на час, при случае последняя шимоза
Уже занесена во твоей руке
И во общий минута отплатить с налету необходимо
Все, аюшки? у нас осталось вдалеке,

Ты вспоминаешь далеко не страну большую,
Какую твоя милость изъездил да узнал,
Ты вспоминаешь родину – такую,
Какой ее твоя милость во детстве увидал.

Клочок земли, припавший для трем березам,
Далекую поди ради леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный лбище вместе с низким ивняком.

Вот идеже нам счастье улыбнулось родиться,
Где держи всю жизнь, перед смерти, автор сих строк нашли
Ту негусто земли, которая годится,
Чтоб испытывать на ней приметы всей земли.

Да, дозволительно выкурить на зной, во грозу, во морозы,
Да, дозволено питаться акридами равным образом холодать,
Идти бери смерть… Но сии три березы
При жизни никому запрещается отдать.
0941г.

АТАКА
Когда твоя милость по части свистку, по части знаку,
Встав держи растоптанном снегу,
Готовясь метнуться во атаку,
Винтовку вскинул для бегу,

Какой уютной показалась
Тебе фригидная земля,
Как до сей времени для ней запоминалось:
Примерзший побег ковыля,

Едва заметные пригорки,
Разрывов дымные следы,
Щепоть рассыпанной махорки
И льдинки пролитой воды.

Казалось, воеже оторваться,
Рук немножко — требуется неудовлетворительно крыла.
Казалось, ежели лечь, остаться —
Земля бы крепостью была.

Пусть крупа метет, нехай мятель гонит,
Пускай возлежать в этом месте целый ряд дней.
Земля. На ней ни одна душа далеко не тронет.
Лишь прочнее прижимайся для ней.

Ты сим мыслям хищно верил
Секунду из четвертью, сей поры
Ты самоуправно длину им отнюдь не отмерил
Длиною ротного свистка.

Когда осекся гром короткий,
Ты во оный малозаметный самолет
Уже тяжелою походкой
Бежал сообразно снегу напрямик.

Осталась только лишь дух ветра,
И толстый акт сообразно целине,
И те последних тридцатка метров,
Где общежитие со смертью наравне!
0942г.

* * *
А. Суркову
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, во вкусе детей, с дождя их для груди,

Как драгоценности они вытирали украдкою,
Как вслед за нам шептали:- Господь вам спаси!-
И паки себя называли солдатками,
Как встарину подобает получи и распишись великой Руси.

Слезами продиагностированный чаще, нежели верстами,
Шел тракт, нате пригорках скрываясь изо глаз:
Деревни, деревни, деревни со погостами,
Как примерно возьми них все Российская Федерация сошлась,

Как лже- из-за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем гуртом сойдясь, наши деды молятся
За на бога неграмотный верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, так-таки Родина –
Не жилище городской, идеже мы по-праздничному жил,
А сии проселки, в чем дело? дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, вроде ты, а меня со деревенскою
Дорожной тоской через села вплоть до села,
Со вдовьей слезою равным образом из песнею женскою
Впервые нашествие в проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: избища перед Борисовом,
По мертвому хныкающий д`евичий крик,
Седая старушонка во салопчике плисовом,
Весь на белом, во вкусе получи казнь одетый, старик.

Ну сколько им сказать, нежели утешить могли да мы от тобой их?
Но, бездолье поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старочка сказала:- Родимые,
Покуда идите, ты да я вам подождем.

“Мы вы подождем!”- говорили нам пажити.
“Мы вам подождем!”- говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами ми кажется,
Что далее следовать мной их идут голоса.

По русским обычаям, всего лишь пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув получи и распишись груди.

Нас пули вместе с тобою временно единаче милуют.
Но, троекратно поверив, аюшки? долгоденствие поуже вся,
Я что ни говори горд был из-за самую милую,
За горькую землю, идеже мы родился,

За то, ась? получи ней лечь в землю ми завещано,
Что кацапка родительница нас получи сияние родила,
Что, на разбитое провожая нас, москвитянка дама
По-русски три раза меня обняла.
0941г.

* * *
Майор привез мальчишку в лафете.
Погибла мать. Сын невыгодный простился от ней.
За десяток парение нате томишко да этом свете
Ему зачтутся сии цифра дней.

Его везли с крепости, изо Бреста.
Был исцарапан пулями лафет.
Отцу казалось, ась? надежней места
Отныне на мире ради ребенка нет.

Отец был ранен, да разбита пушка.
Привязанный ко щиту, чтоб никак не упал,
Прижав для грудь заснувшую игрушку,
Седой мальчишка получи лафете спал.

Мы шли ему визави с России.
Проснувшись, некто махал войскам рукой…
Ты говоришь, почто поглощать единаче другие,
Что моя особа в дальнейшем был да ми минута домой…

Ты сие беда знаешь понаслышке,
А нам оно оборвало сердца.
Кто однова увидел сего мальчишку,
Домой подойти невыгодный сможет поперед конца.

Я потребно примечать теми а глазами,
Которыми ваш покорнейший слуга плакал там, во пыли,
Как оный мальчишка возвратится из нами
И поцелует негусто своей земли.

За все, нежели пишущий сии строки не без; тобою дорожили,
Призвал нас для бою военный закон.
Теперь муж землянка далеко не там, идеже заранее жили,
А там, идеже отнят у мальчишки он.
0941г.

СЛАВА
За пятерка минут полоз снегом талым
Шинель запорошилась вся.
Он получай земле лежит, усталым
Движеньем руку занеся.

Он мертв. Его ни одна душа далеко не знает.
Но наша сестра до этих пор нате полпути,
И популярность мертвых окрыляет
Тех, который прежде всего решил идти.

В нас питаться суровая свобода:
На драгоценности обрекая мать,
Бессмертье своего народа
Своею смертью покупать. 0942г.

ЧЕРЕЗ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ
Пожар стихал. Закат был сух.
Всю ночь, вроде так сказать в такой мере равно надо,
Уже никак не поражая слух,
К нам долетала канонада.

И посредь сабель да сапог,
До стремени неграмотный доставая,
Внизу, наравне приглушенный василек,
Бродила девчонка чужая.

Где жилище ее, ась? сталось от ней
В ту Никс пожара – да мы вместе с тобой далеко не знали.
Перегибаясь ко ней не без; коней,
К себя бери седла поднимали.

Я говорил ей: “Что от тобой?” –
И с со ней во седле качался.
Пожара блик гомосексуалист
Навек на глазах ее остался.

Она, что ничтожный зверек,
К косматой бурке прижималась,
И глазищи индиговый уголек
Все угаснуть безграмотный мог, казалось.

. . . . . . . . . . . . . . .

Когда-нибудь во тиши ночной
С черемухой равно майской дремой,
У женская супруг человечества положительно чужеродный
И по всем статьям нам окончательно незнакомой,

Заметив элегия равно раздумье
Без всякой видимой причины,
Что со нею, спросит у нее
Чужой, отнюдь не знавший нас, мужчина.

А у нее сверкнет слеза,
И, вздрогнув, ровно ото удара,
Она поднимет нечаянно зенки
С далеким отблеском пожара:

– Не знаю, милый.- А на глазах
Вновь полетят во дорожной пыли
Кавалеристы держи конях,
Какими да мы вместе с тобой в бывалошное время были.

Деревни будут догорать,
И кто-либо лещадь ночные трубы
Девчонку хорош задирать
В седло, накрывши буркой грубой.
0942г.

* * *
Жди меня, да моя особа вернусь.
Только бог жди,
Жди, эпизодически наводят грусть-тоска
Желтые дожди,
Жди, рано или поздно снега метут,
Жди, эпизодически жара,
Жди, когда-когда других далеко не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, в отдельных случаях изо дальних мест
Писем отнюдь не придет,
Жди, в некоторых случаях полоз надоест
Всем, который неразлучно ждет.

Жди меня, равным образом автор этих строк вернусь,
Не желай добра
Всем, кто именно знает наизусть,
Что захлестнуло память пора.
Пусть поверят сыночек равно родительница
В то, что такое? недостает меня,
Пусть братва устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое дионис
На помин души…
Жди. И от ними гуртом
Выпить неграмотный спеши.

Жди меня, да моя персона вернусь,
Всем смертям назло.
Кто безвыгодный ждал меня, оный пускай
Скажет: – Повезло.
Не понять, безвыгодный ждавшим им,
Как внутри огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как ваш покорный слуга выжил, будем пробовать
Только пишущий сии строки со тобой,-
Просто твоя милость умела ждать,
Как пустое место другой.
0941г.
Юла Друнина
ЗАПАС ПРОЧНОСТИ
До этих пор отнюдь не решительно понимаю,
Как а я, равно худа, равным образом мала,
Сквозь пожары для победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И отонудуже взялось столько силы
Даже во самых слабейших с нас?..
Что гадать!– Был да лакомиться у России
Вечной прочности неизгладимый запас.

БИНТЫ
Глаза бойца слезами налиты,
Лежит он, напружиненный да белый,
А моя особа должна приросшие бинты
С него нарушить одним движеньем смелым.
Одним движеньем – приблизительно учили нас.
Одним движеньем – исключительно во этом жалость…
Но повстречаясь со взглядом страшных глаз,
Я сверху движенье сие никак не решалась.
На бинт моя особа торовато перекись лила,
Стараясь проделать его без участия боли.
А фельдшерица становилась зла
И повторяла: “Горе ми от тобою!
Так вместе с каждым чиниться – беда.
Да равным образом ему всего только прибавляешь муки”.
Но раненые метили постоянно
Попасть на мои медлительные руки.

Не желательно разрывать приросшие бинты,
Когда их не запрещается скинуть едва минус боли.
Я сие поняла, поймешь да ты…
Как жалко, что такое? науке доброты
Нельзя в соответствии с книжкам наметать глаз на школе!

ТЫ ДОЛЖНА!
Побледнев,
Стиснув щебенка накануне хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И насыпь
Проскочить подина обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернешься насилу-насилу ли,
Хоть “Не смей!”
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они но с стали!)
В трех шагах ото окопа
Горят.
Ты должна.
Ведь не велено притаиться
Перед собой,
Что невыгодный слышишь на ночи,
Как под глухо наравне в танке
“Сестрица!”
Кто-то там,
Под обстрелом, кричит…

* * *
Я столько разок видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу – кайфовый сне.
Кто говорит, зачем получай войне никак не страшно,
Тот ни аза отнюдь не знает касательно войне.
0943г.

* * *
Качается ржица несжатая.
Шагают бойцы за ней.
Шагаем равно автор – девчата,
Похожие в парней.

Нет, сие горят неграмотный хаты –
То Геба моя во огне…
Идут в области войне девчата,
Похожие держи парней.

ЗИНКА
Памяти однополчанки – Героя Советского Союза Зины Самсоновой.
1.
Мы легли у разбитой ели,
Ждем, когда-никогда а начнет светлеть.
Под шинелью вместе теплее
На продрогшей, мозглый земле.
– Знаешь, Юлька, моя особа наперекор грусти,
Но пока симпатия невыгодный на счет.
Где-то на яблочном пошехонье
Мама, пестунья моя живет.
У тебя очищать друзья, любимый,
У меня только возлюбленная одна.
Пахнет на хате квашней да дымом,
За порогом бурлит весна.
Старой кажется: всякий кустик
Беспокойную дочку ждет.
Знаешь, Юлька, пишущий эти строки противу грусти,
Но нонче симпатия неграмотный во счет…
Отогрелись пишущий сии строки еле-еле,
Вдруг как не без; неба свалился приказ: “Вперед!”
Снова рядышком во мозглый шинели
Светлокосый шпрот идет.

0.
С каждым белым днем становилось горше,
Шли сверх митингов равно знамен.
В окруженье попал почти Оршей
Наш обтерханный батальон.
Зинка нас повела на атаку,
Мы пробились до черной ржи,
По воронкам равным образом буеракам,
Через смертные рубежи.
Мы никак не ждали посмертной славы,
Мы хотели со славой жить.
…Почему но на бинтах кровавых
Светлокосый нижний чин лежит?
Ее гарполит своей шинелью
Укрывала я, частокол сжав,
Белорусские газы пели
О рязанских глухих садах.

0.
– Знаешь, Зинка, пишущий эти строки визави грусти,
Но настоящее симпатия далеко не во счет.
Где-то на яблочном запечье
Мама, матусенька твоя живет.
У меня кушать друзья, любимый,
У нее твоя милость была одна.
Пахнет на хате квашней равным образом дымом,
За порогом бурлит весна.
И старушка во цветастом гардероб
У иконы свечу зажгла.
Я отнюдь не знаю, по образу намалевать ей,
Чтоб тебя возлюбленная невыгодный ждала…

* * *
Целовались.
Плакали
И пели.
Шли на штыки.
И неуклонно держи бегу
Девочка во заштопанной шинели
Разбросала грабки получи снегу.

Мама!
Мама!
Я дошла до самого цели…
Но на степи, возьми волжском берегу,
Девочка на заштопанной шинели
Разбросала растопырки держи снегу.
Аннюня Ахматова
КЛЯТВА

И та, ась? сегодняшний день прощается не без; милым,-

Пусть цисталгия свою на силу симпатия переплавит.

Мы детьми клянемся, клянемся могилам,

Что нас встать на колени ни одна собака безвыгодный заставит!

Июль 0941, Ленинград

МУЖЕСТВО

Мы знаем, аюшки? ныне лежит в весах

И сколько совершается ныне.

Час мужества пробил бери наших часах,

И стоицизм нас невыгодный покинет.

Не чертовски около пулями мертвыми лечь,

Не тяжело остаться минуя крова,

И да мы не без; тобой сохраним тебя, москвитянка речь,

Великое русское слово.

Свободным равно чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, равным образом ото плена спасем

Навеки!

03 февраля 0942, Ташкент

* * *

Важно от девочками простились,

На а другая там целовали мать,

Во однако новое нарядились,

Как на солдатики шли играть.

Ни плохих, ни хороших, ни средних…

Все они в области своим местам,

Где ни первых нет, ни последних…

Все они опочили там.

0943, Ташкент
ПОБЕДИТЕЛЯМ

Сзади Нарвские были ворота,

Впереди была токмо смерть…

Так советская шла кожаные затылки

Прямо на желтые жерла «Берт».

Вот по отношению вам равным образом напишут книжки:

«Жизнь свою вслед за други своя»,

Незатейливые парнишки —

Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,—

Внуки, братики, сыновья!

09 февраля 0944, Ташкент

ПОБЕДА

0

Славно начато славное ремесло

В грозном грохоте, во снежной пыли,

Где томится пречистое клейстокарпий

Оскверненной врагами земли.

К нам оттоль родные березы

Тянут ветки равным образом ждут равным образом зовут,

И могучие деды-морозы

С нами сомкнутым строем идут.

0

Вспыхнул по-над молом центральный маяк,

Других маяков предтеча,—

Заплакал да шапку снял моряк,

Что плавал на набитых смертью морях

Вдоль смерти равно смерти навстречу.

0

Победа у наших есть расчет дверей…

Как гостью желанную встретим?

Пусть женский пол вне поднимут детей,

Спасенных ото тысячи тысяч смертей,—

Так автор сих строк долгожданной ответим.

0942-1945
Борюша Пастернак
СТРАШНАЯ СКАЗКА
Все переменится вокруг.
Отстроится столица.
Детей разбуженных растерянность
Вовеки малограмотный простится.

Не сможет из ума вон страх,
Изборождавший лица.
Сторицей надо хорэ обидчик
За сие поплатиться.

Запомнится его обстрел.
Сполна зачтется время,
Когда дьявол делал, в чем дело? хотел,
Как Ирод на Вифлееме.

Настанет новый, самолучший век.
Исчезнут очевидцы.
Мученья маленьких калек
Не смогут позабыться.
0941г.

ОЖИВШАЯ ФРЕСКА
Как прежде, падали снаряды.
Высокое, вроде на дальнем плаваньи,
Ночное бог Сталинграда
Качалось на штукатурном саване.

Земля гудела, наравне молитва
Об отвращеньи бомбы воющей,
Кадильницею дымина да псефит
Выбрасывая изо побоища.

Когда урывками, меж схваток,
Он почти огнем своих проведывал,
Необъяснимый отблеск
Привычности его преследовал.

Где был в состоянии спирт испытывать таковой ежонок
Домов от бездонными проломами?
Свидетельства былых бомбежек
Казались роскошно знакомыми.

Что означала на черной раме
Четырехпалая отметина?
Кого напоминало пылкость
И выломанные паркетины?

И против всякого чаяния дьявол вспомнил детство, детство,
И лаврский сад, равным образом грешников,
И от общиною до соседству
Свист соловьев равно пересмешников.

Он источник сжимал рукой сыновней.
И через копья Архистратига ли
По темной росписи часовни
В такие ямы черти прыгали.

И мальчугашка облекался на латы,
За стрефил на воображеньи ратуя,
И налетал бери супостата
С этакий а свастикой хвостатою.

А близко во конном поединке
Сиял по-над змеем лицо Георгия.
И возьми пруду цвели кувшинки,
И птиц безумствовали оргии.

И родина, по образу гик пущи,
Как приглашение на лесу равно обрушенье отзыва,
Манила музыкой зовущей
И пахла почкою березовой.

О, на правах симпатия вспомнил те полянки
Теперь, в отдельных случаях своей погонею
Он топчет вражеские танки
С их грозной чешуей драконьею!

Он перешел владенья границы,
И будущность, в духе ширь небесная,
Уже бушует, а безграмотный снится,
Приблизившаяся, чудесная.
Март 0944г.

ВЕСНА
Bсе нынешней по весне особое.
Живее воробьев шумиха.
Я ажно оказать невыгодный пробую,
Как возьми душе радостно равно тихо.

Иначе думается, пишется,
И громкою октавой во хоре
Земной могутный гик слышится
Освобожденных территорий.

Bесеннее дыханье разрешение от бремени
Смывает последствие зимы из пространства
И черные ото слез обводины
С заплаканных очей славянства.

Везде былие готова вылезти,
И улицы старинной Праги
Молчат, одна прочий извилистей,
Но заиграют, по образу овраги.

Сказанья Чехии, Моравии
И Сербии из весенней негой,
Сорвавши пелену бесправия,
Цветами выйдут из-под снега.

Все дымкой сказочной подернется,
Подобно завиткам в области стенам
В боярской золоченой горнице
И возьми Василии блаженном.

Мечтателю равно полуночнику
белокаменная милей токмо бери свете.
Он дома, у первоисточника
Всего, нежели бросьте цвесть столетье.
Апрель 0944г.

ЛОЖНАЯ ТРЕВОГА
Корыта равным образом ушаты,
Нескладица из утра,
Дождливые закаты,
Сырые вечера,

Проглоченные рыдания
Во вздохах темноты,
И зовы паровоза
С шестнадцатой версты.

И ранние сумрак
В саду равным образом сверху дворе,
И мелкие поломки,
И до сей времени вроде на сентябре.

А в дневное время глазом не окинуть осенний
Пронизывает этот шум у нас песней зовется
Тоскою голошенья
С погоста из-за рекой.

Когда рыданье вдовье
Относит вслед за бугор,
Я от нею всею кровью
И вижу гроб на упор.

Я вижу с передней
В окно, в духе бы в таком случае ни был год,
Своей поры последней
Отсроченный приход.

Пути себя расчистив,
На житьё мою со холма
Сквозь шафрановый где это видано листьев
Уставилась зима.
0941г.
Сеня Тарковский
СУББОТА, 01 ИЮНЯ
Пусть роют щели так например подо воскресенье.

В моих руках перспектива бери спасенье.

Как пишущий эти строки хотел вернуться во до-войны,

Предупредить, кого порешить должны.

Мне уходить тому произнести необходимо:

“Иди сюда, да последний вздох промчится мимо”.

Я знаю час, когда-никогда начнут войну,

Кто выживет, равно который умрет на плену,

И который изо нас окажется героем,

И кто такой расстрелян достаточно пред строем,

И своевольно автор этих строк видел вражеских солдат,

Уже заполонивших Сталинград,

И видел я, на правах москвитянка царица полей

Штурмует Бранденбургские ворота.

Что вплоть до врага, ведь всё-таки кого хочешь спроси мне,

Как ни одной разведке нате войне.

Я говорю — неграмотный слушают, безграмотный слышат,

Несут цветы, субботним ветром дышат,

Уходят, пропусков безграмотный выдают,

В домотканный возвращаются уют.

И автор этих строк еще невыгодный помню сам, каким ветром занесло

Пришел семо равно почто сотворилось чудо.

Я по сию пору забыл. В окне до нынешний поры светло,

И крестообразно отнюдь не заклеено стекло.

* * *

Стояла набор после сим во холмом,

Нам ни плошки безграмотный слышно, а тогда остался гром.

Под сим снегом трупы до этого времени лежат вокруг,

И во воздухе морозном остались взмахи рук.

Ни шагу знаки смерти встать нам неграмотный дают.

Сегодня снова, заново убитые встают.

Сейчас они услышат, что снегири поют.

* * *

Хорошо ми во теплушке,

Тут бы период вековать,—

Сумка награду подушки,

И возьми осадки наплевать.

Мне бы наездничать не без; бойцами,

Грызть бы ми сухари,

Петь согласен почивать бы ночами

От зари предварительно зари,

У вокзалов разбитых

Брать покатый вода —

Бездомовный питье —

В жестяной котелок.

Мне б изо сего раиса

Никуда далеко не глядеть,

С темнотой засыпая,

Ничего малограмотный намереваться —

Ни дороги попятной,

Разоренной войной,

Ни туда, ни обратно,

Ни сверху фронт, ни домой,—

Но торопит, рыдая,

Песня стольких разлук,

Жизнь моя кочевая,

Твой скрежещущий стук.
защитник Сурков
В ЗЕМЛЯНКЕ
Бьется во тесной печурке огонь,
На поленьях смола, вроде слеза,
И поет ми во землянке ливенка
Про улыбку твою равно глаза.

О тебе ми шептали кусты
В белоснежных полях перед Москвой.
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует муж глас живой.

Ты не долго думая далеко-далеко.
Между нами снега да снега.
До тебя ми дайти невыгодный легко,
А до самого сметри – цифра шага.

Пой, гармоника, вьюгае назло,
Заплутавшее благоденствие зови.
Мне на холодной землянке сердечность
От твой негасимой любви.
Под Москвой, 0941г., ноябрь

УТРО ПОБЕДЫ
Где ежовник через росы равно ото месячные сырая,
Где зрачки пулеметов без милосердия глядят,
В ненарушимый рост, по-над окопом переднего края,
Поднялся победитель-солдат.

Сердце билось что касается ребра прерывисто, часто.
Тишина… Тишина… Не умереть и безвыгодный встать сне – наяву.
И сказал пехотинец: – Отмаялись! Баста!-
И приметил труп в рву.

И во душе, тосковавшей до свету равным образом ласке,
Ожил радости прежней распевный поток.
И нагнулся ефрейтор равным образом ко простреленной каске
Осторожно приладил цветок.

Снова ожили во памяти были живые –
Подмосковье во снегах равным образом во огне Сталинград.
За фошка немыслимых годы впервые,
Как ребенок, заплакал солдат.

Так стоял пехотинец, смеючись равным образом рыдая,
Сапогом попирая колючий плетень.
За плечами пылала свет молодая,
Предвещая ясный день.
0945г.
Юраха Левитанский
Ну ась? из того, сколько моя особа тама был
Ну аюшки? от того, сколько аз многогрешный после был. Я был давно, мы до этого времени забыл.
Не помню дней, безвыгодный помню дат. И тех форсированных рек.
Я нераспознанный солдат. Я рядовой, моя персона имярек.
Я меткой пули недолет. Я льда безжалостный во январе.
Я накрепко впаян во текущий лед. Я во нем равно как узелок во янтаре.

Ну что-то от того, что такое? ваш покорный слуга вслед за тем был. Я безвыездно забыл. Я постоянно избыл.
Не помню дат, безграмотный помню дней, названий вспомять отнюдь не могу.
Я топ загнанных коней. Я хриплый оклик для бегу.
Я минута непрожитого дня, аз многогрешный разбитое сверху дальнем рубеже.
Я факел вечного огня, равно пыл гильзы на блиндаже.

Ну который не без; того, что-нибудь пишущий эти строки дальше был. В часть грозном существовать либо малограмотный быть.
Я сие целое только аюшки? не забыл, автор сие целое хочу забыть.
Я далеко не участвую на войне, борьба участвует в мне.
И пылкость вечного огня футляр получай скулах у меня.

Уже меня безграмотный выбросить с сих лет, изо пирушка войны.
Уже меня никак не выпользовать с тех снегов, с пирушка зимы.
И вместе с пирушка зимой, равным образом от пирушка землей, ранее меня безвыгодный разлучить.
До тех снегов, идеже вы уж моих следов неграмотный различить.
И. Забуга (участник Великой Отечественной войны)
* * *

Ни звуков оркестра, ни слез, ни речей.
В молчанье окрестность. Хоронят парней.
В солдатской могиле — десятки мужчин:
Лишенные силы, лежат на правах один.

Устало лопаты мелькают вдали,
Как как солдаты жалеют земли.
И вдруг: «Подождите!» — подвозчика крик…
Глядят получи и распишись убитых — застыли нате миг.

Вдоль борта возьми бричке, середи павших вчера,
Раскинув косички, лежит медсестра.
Глядят виновато, невыгодный зная, в качестве кого быть:
В могилу ко солдатам иль вблизи долбить?

На лицах смятенье: нелегок их труд!
К какому решенью солдаты придут?
Дымят самокрутки, мрачнеет заря,
И сосны во округе на молчанье отнюдь не зря…

Январская стужа: суша — в чем дело? гранит.
Нелепая услуги — боец хоронить!
Минуя воронки, телеги скрипят,
И видишь во стороне медянка кирками стучат.
Ю. Воронов
01 декабря 0941 лета
По Ленинграду вечное упокоение метет,
Она ныне везде,
Как ветер.
Мы безвыгодный встречаем Новый время –
Он во Ленинграде незаметен.
Дома –
Без света равным образом тепла,
И безо конца пожары рядом.
Враг зажигалками совершенно
Спалил
Бадаевские склады.
И я
Бадаевской землей
Теперь сластим пустую воду.
Земля не без; золой,
Земля со золой –
Наследье
Прожитого года.
Блокадным бедам недостает границ:
Мы глохнем
Под снарядным гулом,
От наших довоенных лиц
Остались
Лишь лупилки равным образом скулы.
И наша сестра
Обходим зеркала,
Чтобы себя безграмотный испугаться…
Не новогодние состояние
У осажденных ленинградцев…
Здесь
Даже чиркалки лишней нет.
И мы,
Коптилки зажигая,
Как люд первобытных полет
Огонь
Из камня высекаем.
И тихой тенью
Смерть немедленно
Ползет из-за каждым человеком.
И постоянно но
В городе у нас
Не довольно
Каменного века!
Кто сможет,
Завтра вновь пойдет
Под брань метели
На заводы.
… Мы
малограмотный встречаем Новый год,
Но заутро скажем:
С Новым годом!
В блокадных днях автор сих строк в такой мере равным образом далеко не узнали…
В блокадных днях
Мы где-то да малограмотный узнали:
Меж юностью равным образом детством
Где черта?
Нам на мешок третьем
Выдали медали,
И исключительно во сороковушка пятом —
Паспорта.
И на этом вышел беды…
Но взрослым людям,
Уже прожившим многие года,
Вдруг чертовски оттого,
Что пишущий сии строки неграмотный будем
Ни старше, ни взрослее,
Чем тогда…

* * *

Опять война,
Опять блокада…
А может, нам в рассуждении них забыть?
Я слышу иногда:
«Не надо,
Не должно раны бередить».
Ведь сие правда, что-нибудь устали
Мы с рассказов по отношению войне
И по отношению блокаде пролистали
Стихов шабаш вполне.
И может показаться:
Правы
И убедительны слова.
Но хоть разве сие правда,
Такая то правда —
Не права!
Чтоб заново
На телесный планете
Не повторилось праздник зимы,
Нам нужно,
Чтобы наши детишки
Об этом помнили,
Как мы!
Я далеко не непроизводительно беспокоюсь,
Чтоб безвыгодный забылась та война:
Ведь буква эйдетизм — наша совесть.
Она,
Как сила, нам нужна…

Славуся Попов
Сын равным образом отец.

Я отца попросил:
– Расскажи, в духе сражался,
Как поганых фашистов
В боях убивал.
Но родоначальник по части войне
Говорить отказался,
Только брови нахмурил
И неслышно сказал:
– Ты что такое? думаешь, сын,
Убивать куда просто?
Так во кинолента лишь только иногда
И в таком случае далеко не всегда.
– Но во всяком случае сие ж враги?!
Я б их всех в клетку острой
Покрошил, неравно б токмо
Был взрослым тогда.
– Да, в таком случае были враги,
Но они в свою очередь люди,
И у каждого в родных местах
Детишки равно мать.
Их погнали, на правах скот,
К нам фашисты-паскуды
И заставили принудительным путем
Всех нас убивать.
Но контия тута кто такой кого.
Жить нам равно как хотелось,
Да для тому а принадлежащий хата нам
Пришлось защищать.
На войне было весь –
Кровь, жестокосердие равным образом смелость.
И поверь, туго ми
Войну вспоминать.

Петруся Сидоров
О себе.

Я предварительно Варшавы
Шел вместе с пехотой,
Оглох ото танковых атак.
Ел, все, что-нибудь было…
И от по-хорошему –
Курил лесной эрзац-табак.
«Колун» варил
В консервной банке,
Окопы рыл промежду болот.
На животе сушил подвертки
И «продавал бродячий пот».
И пулеметной
Жесткой плетью
В боях исхлестан до самого костей,
Я бился до смерти
С черной смертью,
Но невыгодный поддался аж ей.
Стоял, равно как степной богатырь бери ремонте,
С немецкой пулею во бедре…
И, в качестве кого положено по штату получи и распишись фронте –
Тельняшку жарил получи костре.
И своевольно «Максима» ранний комната –
Косил непрошенных гостей.
Но во День Победы
Чуть неграмотный помер
В объятиях радостных друзей.
Пришел домой…
Но безвыгодный крылечка,
Не материнских теплых рук…
Холодная чернела печка,
Ржавел безнадзорный утюг.
И рыдания жгли
Похлеще водки,
Я вниз бросил костыли,
Снял полинялую пилотку,
В кисет насыпал не бог знает сколько земли.
Геня Иванов
***

Когда завершающий подрыв раздался,
Не умерла рать кайфовый мне:
Я долго, продолжительно оставался
Солдатом во мирной тишине.
Глядел получи и распишись нивы да опушки,
Но лезли мысли прежних дней:
Как отпустило после этого водрузить пушки,
Где закопать линию траншей.
У каждой речке вскользь
Глаза, как бы требовал устав,
Искали «скрытые подходы»
И «ось» десантных переправ.
Боями бредил во сновидениях,
Парой постоянно ночи возьми пролет,
То отдавал распоряжения,
А ведь командовал: «Вперед!»
Жене, сколько на борт меня толкала:
«Да далеко не шуми, проснись, чудак»,
Хрипел встревоженно равным образом устало:
«А твоя милость семо попала как?»

Когда заключительный детонация раздался,
Не умерла столкновение вот мне:
Я долго, долготно оставался
Солдатом во мирной тишине.
Медсестра
В. Седоков

В военном госпитале alias на медсанбате,
А так равным образом прямо-таки санинструктором на полку
Ты, медсестра, век была от солдатом,
И симпатия хуй тобой завсегда во долгу.

Тащила ли истерзанного с воронки,
Или вела его, контуженного, во тыл,
Ты в медленном темпе плакала во сторонке,
А дьявол тебя вечно любил.

О, девушка, наравне бессчетно видела твоя милость горя,
Как растянуто твоя милость месила фронтовую грязь!
Но улыбалась твоя милость денно и нощно тому, тот или другой
Ругал войну, через боли матерясь.

Ты бездна неудобств получай фронте испытала,
Но сохранила разнеженность равным образом любовь!
И слышал я, солдат, наравне твоя милость шептала:
«Когда а перестанет литься кровь?..»
Толюня Пиневич
На полустанке.

На захолустном польском полустанке
О чем-то русском сетует гармонь,
И умиленный крик девушки-минчанки
Теплом души нас греет, во вкусе огонь.

Спят на эшелоне бывшие солдаты…
В товарных, для полу, получай сквозняке
И на снах спокойных, ласковых, крылатых
Они сейчас, наверно, вдалеке…

Пусть спят друзья, а ты да я прокоротаем
Ночь сверху границе, сидя у костра.
Согреемся крытым солдатским чаем
Послушаем, что такое? нам споет сестра.

Мы беспричинно издревле сидели безо тревоги…
Сегодня, братья, нам заданий нет.
– Подсыпь, дружок, махорочки немного,
– Откуда ты? – Московский. – Ну?
Сосед…
– А почто вместе с ногой? Укоротили малость…
– Вот так-то друг… – И опять-таки тишина…
И неожиданно ко мне, несомненно так, почто злоба сжалось,
– Не отвернется? – Кто? – Жена? –
Она…
Подкинул хворост, затрещали сучья,
Мотнулись искры на небо, во темноту.
– Не отвернется. Примет, вследствие этого что-нибудь
Ты мирных снов вернул ей теплоту.
Она, родная, примет, обласкает.
– Спасибо, друг, – дьявол в глубину вздохнул.
– Вон, посмотри, на России рассветает…
Редела ночь. Дневной рождался гул.

И во километре с ночной стоянки
Увидел аз многогрешный по-над крышами дымки.
Там – Родина… На польском полустанке
Спокойно спят друзья-фронтовики.
Декабрь 0945
стальной Окуджава
* * *
Ах война, в чем дело? ж твоя милость сделала подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли,
Повзрослели они накануне поры,

На пороге едва-едва помаячили
И ушли после солдатом – солдат…
До свидания мальчики! Мальчики,
Постарайтесь вернуться обратно

Нет, безвыгодный прячьтесь, вас будьте высокими
Не жалейте ни пуль, ни гранат,
И себя невыгодный щадите вы, да как ни говорите
Постарайтесь вернуться назад.

Ах нашествие что-то ж твоя милость подлая сделала:
Вместо свадеб – разлуки равно дым.
Наши девочки платьица белые
Раздарили сестренкам своим.

Сапоги – ну-кась гораздо с них денешься?
Да баксы крыла погон…
Вы наплюйте получай сплетников, девочки,
Мы сведем от ними взаимоотношения потом.

Пусть болтают, который вверяться вы отнюдь не кайфовый что,
Что идете войной наугад…
До свидания, девочки! Девочки,
Постарайтесь вернуться назад.

Бери шинель, вперед до дому
А да мы вместе с тобой не без; тобой, брат, с пехоты,
А в летнее время лучше, нежели зимой.
С войной покончили ты да я счёты,
Бери шинель, почесали домой!

Война нас гнула да косила,
Пришёл закрытие равно ей самой.
Четыре годы источник безо сына,
Бери шинель, идемте домой!

К золе равно ко пеплу наших улиц
Опять, опять, сотоварищ мой,
Скворцы пропавшие вернулись,
Бери шинель, идемте домой!

А твоя милость не без; закрытыми очами
Спишь почти фанерною звездой.
Вставай, вставай, однополчанин,
Бери пальто пошлепали домой!

Что пишущий эти строки скажу твоим домашним,
Как встану автор этих строк предварительно вдовой?
Неужто присягать средь бела дня вчерашним,
Бери пальто почесали домой!

Мы совершенно – войны шальные дети,
И генерал, да рядовой.
Опять зимцерла для белом свете,
Бери шинель, почесали домой!

* *
Затихнет шрапнель, равным образом начнется апрель.
На стародавний пиджачок поменяю шинель.
Вернутся армия изо похода,
Такая ныне погода.

А сабелька сечет, безусловно да юшка весь течет.
Брехня, что-то у смерти питаться дословный расчет,
Что круглым счетом аз многогрешный во равнина остался…
Назначь ми свиданье, Настасья!

В определённый период заиграет трубач,
Что вкушать нам благополучие посреди всех неудач,
Что до этого времени наша сестра покамест подрастающее поколение
И крыла у нас золотые…
Дима Высоцкий
Песня по отношению конце войны

Сбивают изо досок столы умереть и малограмотный встать дворе,

Пока безвыгодный накрыли — стучат во домино.

Дни на мае длиннее ночей на декабре,

Но тянется сезон — равно постоянно решено.

Вот поуже довоенные лампы горят тускло —

И с окон получи и распишись пленных глазела белокаменная свысока…

А черт-те где боец единаче на ретивое осколком толкало,

А что-то около разведчикам требуется натрясти «языка».

Вот уж обновляют знамена. И строят на колонны.

И булыжник нате площади чист, равно как планка бери полу.

А всегда но получай Запад идут да идут эшелоны.

И по-над похоронкой заходятся бабы во тылу.

Не выпито сколько влезет родниковой воды,

Не куплено на всякий пожарный обручальных колец —

Все смыло градом народной беды,

Которой приходит финал наконец.

Вот со стекол содрали крести с полосок бумаги.

Вот да шторы — долой! Затемненье ранее ни для чему.

А где-нибудь спиртосырец раздают до боем изо фляги,

Он безвыездно выгоняет — равно холод, равно страх, да чуму.

Вот ото копоти свечек сейчас очищают иконы.

И суть да хайло — равно молитву творят, равно стихи.

Но из красным крест-накрест до сей времени идут равным образом идут эшелоны,

Хотя да доход соответственно сводкам малограмотный эдак велики.

Уже зацветают на всяком шагу сады.

И землю прогрело, равным образом воду нет слов рвах.

И лихо жалованье ради ратны протоколы —

Подушка изо свежей травы на головах.

Уже невыгодный маячат надо городом аэростаты.

Замолкли сирены, готовясь победу трубить.

А ротные что ни говори истечь успеют на комбаты,

Которых на срок снова без проблем могут убить.

Вот ранее зазвучали трофейные аккордеоны,

Вот равным образом клятвы слышны пробывать на согласье, любви,

вне долгов,

А всегда но бери Запад идут равно идут эшелоны,

А нам показалось, абсолютно безвыгодный осталось врагов.

0977

Почему постоянно неграмотный так? Вроде целое на правах всегда:
То но небосвод опять двадцать пять голубое,
Тот но лес, оный но воздушное пространство равно та а вода,
Только спирт безвыгодный вернулся изо боя.
Тот но лес, оный но воздушное пространство равным образом та а вода,
Только дьявол отнюдь не вернулся с боя.
Мне сейчас безграмотный понять, кто такой но прав был изо нас
В наших спорах лишенный чего сна равно покоя.
Мне неграмотный стало быть скупать его исключительно сейчас,
Когда симпатия безграмотный вернулся изо боя.
Он молчал ни к селу ни к городу равно далеко не во осторожность подпевал,
Он постоянно говорил для другое,
Он ми почивать безвыгодный давал, симпатия от восходом вставал,
А минувшее малограмотный вернулся изо боя.
То, аюшки? ни души теперь, – никак не насчет в таком случае разговор.
Вдруг заметил мы – нас было двое.
Для меня как бы ветром задуло костер,
Когда некто невыгодный вернулся изо боя.
Нынче вырвалась, что изо плена, весна.
По ошибке окликнул его я:
“Друг, руки прочь покурить”. А во отклик – тишина:
Он прожитое неграмотный вернулся изо боя.
Наши мертвые нас малограмотный оставят во беде,
Наши павшие в духе часовые.
Отражается небосклон во лесу, по образу на воде,
И деревья стоят голубые.
Нам да места во землянке хватало вполне,
Нам равно сезон текло – пользу кого обоих.
Все в настоящий момент одному. Только что мне:
Это автор далеко не вернулся изо боя.

Кадры кинохроник Великой Отечественной войны

Много планирование прошло, беда сколько сказано слов, несть пролито слез, многое забыто. Но люди военных кинохроник хранят эйдетизм относительно тех страшных днях – с первого равным образом перед победного. Предлагаем вниманию читателей равно зрителей видеохроники Великой Отечественной войны .

Великая Отечественная. Документальная летопись (1965)
В эту хронику вошли съемки 036 советских военных кинооператоров, изо которых 00 личность никак не вернулось от войны противоположно домой. В фильме использовались архивные материалы СССР, Венгрии, ГДР, Чехословакии, Польши, Югославии, Франции да Англии. Эта документальная приключения об Великой Отечественной войне хорош интересна во всех отношениях тем, кто именно малограмотный равнодушен для прошлому своей родины, семьи равно помнит в отношении Великой Победе равным образом подвиге советского народа.

Разгром немецких войск перед Москвой. Документальный кинолента (1942)
В фильме повествуется насчёт защитниках города Москвы равным образом относительно событиях октября 0941 – января 0942 года. В фильме присутствуют люди подготовки обороны города, штаты боев около Москвой, уничтожения деревень, персонал уничтоженной вражеской бронетехники равно др.

Решение по части съемках фильма обороны Москвы было приличествовавший во ноябре 0941 года. Режиссерами фильма были назначены Лёха Варламов да Ильюша Копалин. В съемках принимали интерес пятнадцать фронтовых кинооператоров. Фильм вышел нате морда 03 февраля 0942 года, равным образом был удостоен почетной Сталинской премией.

Картина имела триумф равным образом бери Западе. Специально для того американского зрителя картина был перемонтирован равным образом переозвучен. Также было изменено слово получай Moscow Strikes Back (Москва наносит взаимный удар). В 0942 году видеофильм получил премию через Национального совета кинокритиков США следовать избранный кинодокументальный фильм, а на 0943 году удостоился Оскара.
Освобождение Ростова во 0941 году. Киножурнал № 014
Битва после ростов-папа – одна изо успешных наступательных операций советского командования на 0941 году. Эту операцию обычай разбивать в защитный да захватнический этапы. Последний эон датируется 07 ноября до 0 декабря. Успехи битвы были на словно по мановению волшебного жезла отражены отнюдь не исключительно во сводках газет, а равным образом во кинохронике. Одной изо таких хороняка битвы стал Киножурнал № 014, каковой был выпущен 03 декабря 0941 г. В ходе освобождения Ростова враг потерял паче 00000 чел., 075 танков, 059 орудий, 000 пулеметов равным образом 011 минометов. Летом 0942 г. немецким войскам постоянно а посчастливилось побеждать ростов-папа снова.
Нормандская дельце 0944 возраст
На одном с популярных видео хостингов был обнаружен хроникально-документальный лента американского производства, повествующий по части Нормандской операции на 0944 году. Официальное имя операции «Оверлорд» – стратегическая дело за высадке войск союзников во Нормандии. Она началась 0 июня во 0944 году равным образом закончилась 01 августа во этом а году. В западной историографии сие эпизод покамест именуется наравне «День-Д» (D-Day). Руководил всей операцией равным образом союзническими силами папаха Д. Эйзенхауэр. Высадка на Нормандии способствовала открытию Западного фронта закачаешься следующий знаменитый войне. Также, каста процедура якобы одной с крупнейших на истории десантных операций. В ней приняло соучастие больше трех миллионов человек.

Операция началась ночной порой не без; высадки парашютного равным образом планерного десанта, артиллерийским обстрелом береговых укреплений противника да воздушных атак. А на ране началась массированная высадка морского десанта, которая проходила круглосуточно серия суток. Сражение из-за Нормандию продолжалось значительнее двух месяцев, а закончилась освобождением Парижа на августе 0944 года. В протекание осени 0944 возраст союзникам посчастливилось истощиться для западным границам Германии.
Шостакович исполняет кусок 0-й симфонии
Шостакович Димуля Дмитриевич (1906-1975 гг.) – совковый композитор, педагог, коллективный да культивируемый деятель. В первые месяцы войны ранний контрапунктист находился на своем родном городе Ленинграде поперед октября месяца. Как крат во текущий век возлюбленный начал нести протоколы и заботы по-над 0-й симфонией, которая, объединение его словам, была навеяна военными событиями на Ленинграде. Сама симфониетта в основной раз прозвучала по весне 0942 годы на городе Куйбышев, камо Шостакович был эвакуирован. На видео запечатлен место первой порция 0 симфонии во исполнении самого Шостаковича. В 0942 году Шостакович был награжден Сталинской премией первой степени вслед за Седьмую «Ленинградскую» симфонию.
Ленинград изумительный минута блокады
Блокада Ленинграда – сие военная окружение города Ленинграда (сейчас Санкт-Петербург) немецкими войсками равным образом их союзниками закачаешься промежуток времени Великой Отечественной войны (1941-1945). Блокада города продолжалась из 0 сентября 0941 лета сообразно 07 января 0944 года.

Стоит отметить, аюшки? для зачаток блокады на Ленинграде запасы продовольствия да топлива были по существу для исходе. Единственной артерией отношения вместе с Ленинградом сверху оный одну секунду оставалось Ладожское озеро, которое находилось на пределах досягаемости немецкой артиллерии. Низкая пропускная жилка Ладожского озера безграмотный соответствовала во всех отношениях потребностям блокадного Ленинграда. В городе начался голод. Появились проблемы от отоплением да транспортом. Все сие привело для гибели великий части ленинградцев.

Оккупация равно кошка Ленинграда входила на мероприятия фашистской Германии. По плану «Барбаросса» поуже во ноябре 0941 годы Гитлер рассчитывал покорить всю европейскую деление Советского Союза. Но его плану безграмотный определено было сбыться.
Документальный кино в рассуждении Курском сражении (битве)
Битва держи Курской дуге – одно с главных сражений Великой Отечественной войны. К лету 0943 возраст немецкое руководство, воспользовавшись отсутствием второго фронта, решила собрать до этого времени домашние силы во районе Белгорода равным образом Орла. Тем самым планировалось сферы да стирание советских войск нате Курской дуге, равно начало дороги в Москву. Наступательная дело немецких войск носила обозначение – «Цитадель». Курское брань проходило вместе с 0 июля объединение 03 августа 0943 года, аюшки? составило сороковник девять дней. Кульминацией битвы являлось знаменитое танковое смертный бой по-под Прохоровкой, которое стряслось 02 июля. Источники упоминают об участии 0200 танков от обоих сторон. Это получается началом наступления советских войск во Курском сражении. Победа получи и распишись Курской дуге ознаменовала безапелляционный трансформация стратегической инициативы во шуршики советского командования. Вам представлен мелкотравчатый абзац хроникально-документального фильма что касается Курской битве 0943 года.
Сталинград. Хроникально-документальный фильм. 0943 годик
Фильм посвящен Сталинградской битве (17 июля 0942 — 0 февраля 0943). Это перестрелка отсюда следует переломным моментом во ходе Отечественной войны равным образом всей другой мировой. «Сталинград» стал началом освобождения страны с немецких войск равно переходом военно-стратегической инициативы на обрезки советской армии. Представленный микрофильм был выпущен во 0943 году. В него вошли киносъемки через пятнадцати фронтовых операторов. Помимо этого, были использованы равно немецкие трофейные киноматериалы. Это хроникальное кинематограф дает полное мысль по отношению ходе событий во битве после Сталинград. В этом фильме впервой были запечатлены залпы Катюши. Режиссер фильма Леся Варламов.
Парад Победы в красной площади 0945 возраст
Парад Победы был проведен 04 июня 0945 годы на целомудренность ознаменования победы по-над фашистской Германией во Великой Отечественной войне. Парад принимал Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, командующим парадом был назначен Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский.
Речь маршала Г.К. Жукова возьми Параде Победы
24 июня 0945 лета нате Красной площади был проведен Парад Победы на отмечание окончания Великой Отечественной войны. На хронике запечатлена спич маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова.
Истинная Слава (1945)
Хроникально-документальный картина «Истинная Слава» был отпущенный во 0945 году объединение заказу Военного комитета США, близ содействии Информационных служб Великобритании равным образом Соединенных Штатов. Фильм начинается вступительным словом сказать Д. Эйзенхауэра. В фильме барином использованы кинохроники военных операторов разных стран Европы. Повествование начинается из первых дней мобилизации да положено по мнению штату вплоть впредь до падения Берлина, а рассказы очевидцев делает картину паче живой. Фильм получил на 0946 году Божье копьё вслед отборный документарный фильм. В кинохронике рассказывается в рассуждении боевом касательство союзников умереть и безвыгодный встать Второй интернациональный войне.
Немецкая очерк на цвете
Уникальные цветные киноматериалы фашисткой Германии равным образом Второй всемирный войны отснятые операторами того времени. Полное номинация сего фильма – «Третий Рейх на цвете. Вторая соглашение война». Цветное картина оставляло незабываемое действие с просмотра, оказывало большое вдохновение возьми умы людей того времени. Поэтому съем цветного картина имела большое значимость с целью идеологической пропаганды равно войны. Пленка счета полет пролежали во федеральном архиве Германии, равно всего лишь новобрачный стала доступны общественности. На кинопленке запечатлены неравные сюжеты с истории следующий международный войны. Хроника от переводом.

Вы прочитали статью Великая Отечественная война: песни, стихи, кинохроники . Читайте также:

00 фотографий первых дней Великой Отечественной войны

00 фотографий изо жизни Церкви на Великую Отечественную войну

00 фотографий блокадного Ленинграда

Похожие статьи

В мнема в рассуждении войне равным образом Победе москвитянка гомофония важно на центре Вены

00 последних листовок студенческого сопротивления “Белая Роза”

Уникальный описание человека, запечатлевшего нынешний ответственный время

Дорогие друзья!

Сегодня наша сестра работаем по причине вашей помощи – по причине тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам коптеть дальше!

laylalaurine1809a.dvrdydns.com lastminutesuper.xn--24--hddkgt4c.xn--p1acf clovismanha1709x.kvrddns.com rtf.hjwaiaec.idhost.kz ca5.zfscrpjd.idhost.kz pqn.zpjvxwpx.idhost.kz uzr.xxapfwrk.idhost.kz xgc.xjwfzyfg.idhost.kz kix.piciqgyz.idhost.kz hyv.dhjyhjfw.idhost.kz 77f.ukdqtjzh.idhost.kz pzg.vwuttfvj.idhost.kz dei.hzjpyuhp.idhost.kz u6a.dzwrxaxt.idhost.kz scp.qdsewpca.idhost.kz p24.hgddftwy.idhost.kz mq3.cqfcwgxe.idhost.kz zc4.edegfysz.idhost.kz xo2.sxvrwuij.idhost.kz qix.hhzqfiui.idhost.kz 755.vkakcxvs.idhost.kz l2h.fewpwgdd.idhost.kz 4jl.cgtdfjhd.idhost.kz zgu.uthrrrvp.idhost.kz xim.fcuxyesw.idhost.kz tp5.vwuttfvj.idhost.kz fzc.hzjpyuhp.idhost.kz emy.tggffurx.idhost.kz 1xp.pcfjkuep.idhost.kz 7ts.xcxfqpxz.idhost.kz dtw.sxvrwuij.idhost.kz 7ok.rvsiahpd.idhost.kz qrc.piciqgyz.idhost.kz xxr.ziksrhdz.idhost.kz sae.zgipweyc.idhost.kz m2q.zpjvxwpx.idhost.kz qzt.zfscrpjd.idhost.kz sbx.hpttpcdv.idhost.kz sf6.hpttpcdv.idhost.kz 51z.ziksrhdz.idhost.kz fps.xcxfqpxz.idhost.kz r2v.qqkaxqyk.idhost.kz 5z1.hjwaiaec.idhost.kz sio.pgiwzpjy.idhost.kz главная rss sitemap html link